Разведки России и Турции в эпоху противостояния

В истории противостояния России и Турции огромную роль сыграли действия специальных служб как с той так и с другой стороны. Они повлияли на многие события, которые постороннему наблюдателю кажутся чудесными, удивительными.

Добывание сведений о противнике с помощью разведчиков (или шпионов) практиковалось издавна.
В Средние века они действовали, как правило, по личным поручениям правителя или его полководцев. С появлением в Московском государстве системы приказов эту функцию на постоянной основе стали выполнять служащие Посольского приказа. В его документах содержатся сведения о том, что гонцы и сопровождающие посольских миссий должны заниматься сбором информации о положении дел в тех государствах, куда они направляются. Вербовкой агентов занимались все, вплоть до послов. Не даром в одном из пунктов мирного договора, завершившего неудачный для русских Прутский поход, значится запрет на постоянное нахождение русского посольства в Стамбуле.

Впрочем, турки занимались тем же самым. Они, не жалея денег подкупали должностных лиц Московского государства. Дело дошло до того, что Посольский приказ вынужден был запретить членам турецкой посольской миссии общаться с местным населением и при выездах их всегда сопровождал специальный чиновник, который должен был пресекать всяческие с контакты с людьми.

Кроме этого уже в XVI веке широкое распространение получило внедрение на территорию потенциально враждебных государств нелегальных агентов, выдававших себя за купцов, путешественников, священнослужителей, даже бродяг.

Представители российской разведки в первую очередь вербовали таких агентов среди нетурецкого населения Османской империи: греков и представителей различных славянских народов. Во время русско-турецкой войны 1768-1774 годов они оказали огромную помощь русскому военному флоту, который вошел в Средиземное море и разгромил турецкий флот в Чесменском сражении. Они вели разведку и служили лоцманами для русских кораблей, а также проводили диверсии против турецких войск.

Турки в ответ активизировали действия своих агентов на Кавказе и в Крыму. При этом и та и другая сторона апеллировали к защите веры – русские христианской, турки, соответственно, мусульманской.

Агентурная разведка получила свое развитие в XIX веке. Особое внимание в России стали обращать на изучение обстановки на Кавказе, который на долгое время стал точкой приложения усилий Петербурга, а также в Средней Азии.

С российской стороны разведывательные функции взяли на себя офицеры Генерального штаба, которые занимались сбором разведывательной информации как с помощью завербованных агентов, так и лично. В этот период одной из самых распространенных форм стали военно-разведывательные экспедиции, осуществляемые под прикрытием Русского географического общества как научные. Работой на турецком направлении прежде всего в Бессарабии и Придунайских княжествах отметился такой известный в российской истории персонаж, как друг Пушкина, историк Отечественной войны 1812 года, генерал Иван Липранди.

На Кавказе 40-х годах разведывательную деятельность курировал уже целый фельдмаршал, Паскевич-Ереванский.

С появлением в штатах российских посольств за границей должностей официальных военных агентов (сейчас их называют военными атташе) Генеральный штаб получил больше возможностей организации разведдействий.

В 60-х годах XIX века на должность посла в Османской империи был назначен профессиональный военный и знаток мусульманского Востока, проводивший до этого разведывательную деятельность в Центральной Азии, Николай Игнатьев. Как писал в этой связи русский дипломат Юрий Карцов: "В Константинополе, где каждый человек на счету, он скоро приобрел преобладающее значение. Его называли le vice-Sultan; да он и был им на самом деле: турецкие министры его боялись и были у него в руках. Главною и неизменною целью игнатьевской политики было разрушение Турецкой империи и замена ее христианскими, предпочтительно славянскими народностями".

Должность российского военного агента в посольстве в то время занимал полиглот и тонкий знаток Востока Виктор Франкини, под прикрытием которого полковник Генерального штаба Петр Паренсов создал из болгар целую разведывательно-диверсионную сеть, которая очень пригодилась российской стороне во время русско-турецкой войны 1877-78 годов. Эта сеть была хорошо законспирирована и турки не смогли ее вовремя вскрыть.

Сами турки, копируя европейский опыт, пытались уже во времена реформ Танзимата (1838-1878 гг.) создать некое подобие спецслужб. Учрежденная в то время Hafiyelik Teşkilatı – «Разведывательная организация», трансформировавшаяся перед Первой мировой войной в Тешкилят-и Махсуса (Teşkilat-ı Mahsusa), представляла собой достаточно рыхлое образование, занимавшееся широким спектром дел, начиная от диверсионных акций в тылу врага, кончая устранениями политических противников империи за границей. К тому же ее работники часто совмещали службу там с исполнением функций в других военных и гражданских учреждениях.

Ее эффективность оставляла желать лучшего и поэтому уже в новой Турции указом Ататюрка была создана Национальная служба безопасности, преемником которой в данное время является Национальная разведывательная организация.

Автор: Ильдар Мухаметжанов

Комментарии () Версия для печати

Добавить комментарий