От изоляции — в Кремль: «Талибан» получил новую политическую карту

Россия стала первой крупной мировой державой, которая официально приняла верительные грамоты посла правительства «Талибана». Президент Владимир Путин принял афганского посла Гула Хасана Хасана на церемонии в Кремле, что стало важным символическим шагом в отношениях Москвы с де-факто властями Афганистана.

Эксперты отмечают: речь идёт не просто о протоколе, а о фактическом признании «Талибана» как власти реального управления, несмотря на продолжающуюся международную изоляцию движения.

Почему это важно

Москва переводит контакты с «Талибаном» из неформального русла в публично-дипломатическое.

Присутствие посла рядом с представителями признанных государств придаёт движению политическую легитимность — пусть и без юридического признания.

Безопасность прежде всего

Ключевой мотив России — безопасность Центральной Азии. Москва опасается распространения нестабильности из Афганистана в Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан и рассматривает «Талибан» как силу, способную: сдерживать ИГИЛ (запрещенная в РФ), контролировать север Афганистана, предотвращать трансграничный хаос.

Фактор наркотиков

Отдельную роль сыграло объявленное «Талибаном» запрещение выращивания опиума. Для России, через которую традиционно проходит афганский наркотрафик в Европу, это — стратегический плюс.

Геополитический сигнал Западу

Шаг Москвы также рассматривается как: вызов США и Западу, демонстрация способности России самостоятельно формировать региональные расклады, попытка закрепиться как ключевой внешний игрок в афганском досье, опережая США и конкурируя с Китаем.

Осторожная стратегия

При этом Россия избегает глубокого вовлечения: нет масштабной финансовой помощи, нет крупных инвестпроектов, нет военного присутствия.

Эксперты объясняют это уроками советского прошлого и высокими рисками из-за санкций и отсутствия международного признания Кабула.

Итог: принятие посла «Талибана» — это прагматичный шаг Москвы, направленный на защиту собственных интересов, усиление влияния в Центральной Азии и формирование новых правил игры вокруг Афганистана.