Секрет «четвертого дублера»: план Ирана по затяжной войне против Америки и Израиля

Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи недавно обнародовал суть оборонной стратегии Тегерана, заявив, что страна годами изучала военные кампании США, чтобы создать систему, устойчивую к обезглавливанию: «бомбардировка нашей столицы не повлияет на нашу способность вести войну». Эта концепция, названная им «децентрализованной мозаичной обороной», подразумевает отказ от попыток защитить лишь высшее руководство в пользу гарантии того, что боеспособность и принятие решений сохранятся даже после гибели командования. Иран готовится не к быстрой кампании, на которую делают ставку Израиль и США, а к затяжному конфликту на истощение.

Ключевым архитектором этой доктрины называют бывшего командующего КСИР Мохаммада Али Джафари, который развил идеи «войны на истощение» теоретика Хасана Аббаси. В её основе лежит принцип несимметричности: так, дешёвый дрон-камикадзе «Шахид» (стоимостью около 35 тысяч долларов) вынуждает противника тратить на его уничтожение ракеты за миллионы. Это превращает время в союзника более слабой стороны, делая конфликт непозволительно дорогим для технологически превосходящего врага.

Война по-ирански мыслится как трёхэтапный процесс, напоминающий идеи Мао Цзэдуна о «затяжной войне». Сначала регулярная армия сдерживает первый удар, затем КСИР и ополчение «Басидж» переходят к партизанской войне в городах и горах, опираясь на 31 региональный центр. Параллельно ВМС угрожают перекрыть Ормузский пролив, а баллистические ракеты и региональные прокси-силы расширяют конфликт за пределы Ирана. Общество само становится линией обороны, способной к самоорганизации даже при потере связи с центром.

Вершиной этой системы стало прямое указание аятоллы Хаменеи создать систему дублёров, известную как «секрет «четвертого дублера». Для каждой ключевой военной и государственной должности заранее назначаются до четырёх преемников, а узкий круг лиц наделён правом принимать решения, если с лидером будет потеряна связь. Эта тотальная подготовка к худшему сценарию уходит корнями в опыт первых лет революции, когда новому режиму пришлось выживать в волне заказных убийств, включая кампанию террора, развязанную организацией «Моджахедин-е Хальк».