Суфизм в Судане — «мягкая сила» в борьбе за власть

Пожалуй, ни в одной арабской стране суфийское движение не обладает таким масштабным и всепроникающим влиянием, как в Судане. В каждом переулке и на каждой улице, почти в каждом уголке страны можно увидеть белые купола мавзолеев, которые также возвышаются над небом Хартума и Омдурмана, а звуки религиозных песнопений звучат повсюду — по радио, телевидению и даже из такси.

Это присутствие — не просто набор религиозных ритуалов или застывших духовных практик. Суфизм в Судане представляет собой сложную и глубоко укоренившуюся социальную ткань, где духовность тесно переплетается с политикой, а шейх становится духовным посредником, к которому обращаются даже высокопоставленные чиновники — чтобы он прочитал за них «аль-Фатиху» и попросил для них благословения.

По оценкам, в Судане насчитывается более 40 суфийских тарикатов, объединяющих свыше половины населения страны. Именно поэтому «суфийская карта» лежит на столе каждого, кто стремится прийти к власти.

После того как лидеры тарикатов убедились в падении режима аль-Башира в апреле 2019 года, суфийские ордены всей своей народной массой присоединились к сидячим протестам у здания Генерального командования армии и объявили о поддержке демократических преобразований.

От «масида» к Суверенному совету

Исторические корни переплетения суфизма и политики в Судане уходят на многие века назад — к середине XVI века, ко времени султаната Фундж, который покровительствовал суфийской деятельности и приглашал суфийских лидеров из Египта и Хиджаза посещать Судан.

С тех пор суфизм не ограничивался лишь «халавами» — школами заучивания Корана — или «масидами», где управляли делами муридов. Он стал параллельным общественным институтом, формировавшим сознание людей и направлявшим их поведение, превратившись в важного участника политической жизни.

Это исключительное историческое переплетение особенно ярко проявилось в возникновении двух политических партий, составлявших основу суданской политической системы в разные эпохи: партии «Умма», связанной с ансарским (махдистским) тарикатом, и Демократической юнионистской партии, связанной с тарикатом хатмия.

Эти две партии, вышедшие из самой суфийской среды, на протяжении десятилетий делили между собой власть и отражали своё историческое соперничество на политической карте Судана. А суфийский избиратель зачастую оставался лишь исполнителем указаний своих шейхов.

Роль суфиев в Суданской революции — между поддержкой режима и протестами

Когда в декабре 2018 года вспыхнула Суданская революция, суфийские тарикаты оказались перед настоящим выбором: поддержать режим Омара аль-Башира, поддерживавшего отношения с частью орденов, или встать на сторону протестующей улицы.

Позиции разделились. Пока одни суфийские лидеры пытались сохранить верность власти, большое число муридов присоединилось к демонстрантам, заполнившим улицы Хартума.

После окончательного падения аль-Башира в апреле 2019 года суфийские ордены официально поддержали демократический переход и активно участвовали в протестных лагерях.

С этого момента новые военные силы начали активно стремиться заручиться поддержкой этого влиятельного общественного течения.

По мнению наблюдателей, положение суфизма как влиятельной «мягкой силы» в обществе делает его одним из главных кандидатов на ключевую роль в будущих усилиях по достижению мира и национального примирения.

Аль-Бурхан и Хамидти — борьба за поддержку суфиев

После свержения аль-Башира лидеры переходного периода быстро включились в ожесточённую борьбу за расположение суфийских тарикатов.

8 сентября 2020 года председатель Суверенного совета генерал Абдель Фаттах аль-Бурхан, семья которого принадлежит к тарикату хатмия, встретился с Высшим советом суфизма и призвал его содействовать сохранению безопасности и стабильности страны.

В свою очередь, его тогдашний заместитель, командующий Силами быстрого реагирования Мухаммад Хамдан Дагло, известный как Хамидти, также не остался в стороне. В марте 2020 года он встретился с лидером Демократической юнионистской партии Мухаммадом Усманом аль-Миргани — одним из наиболее влиятельных суфийских лидеров Судана — в очевидной попытке привлечь этот лагерь на свою сторону.

Стало ясно, что противоборствующие силы в Судане осознали: суфийские тарикаты и их последователи представляют собой «козырную карту», способную склонить чашу весов в пользу любой стороны.

Ситуацию ещё больше осложняют разговоры о внешней поддержке отдельных сил. Некоторые аналитики считают, что региональные государства, поддерживающие сети политического суфизма, могут вмешиваться в конфликт в интересах собственной региональной стратегии.

Суфизм и война 2023 года — может ли он стать ключом к миру?

На фоне войны, продолжающейся с середины апреля 2023 года, суфийское сообщество оказалось перед одним из самых тяжёлых испытаний в своей истории.

И армия Судана, и Силы быстрого реагирования во многом происходят из одной и той же суфийской среды: обе стороны опираются на сторонников из суфийского общества. Однако сами тарикаты в основном продолжают призывать к миру и пытаются сдержать конфликт.

Некоторые шейхи даже выступили посредниками в инициативах по прекращению огня и добились ограниченных успехов в отдельных районах, например в городе Эль-Фашир.

Наблюдатели считают, что благодаря своему влиянию в обществе суфизм способен сыграть важную роль в будущих процессах мирного урегулирования и национального примирения.

Хотя сами тарикаты расходятся в оценке войны — одни называют её «бессмысленной», другие считают войной между армией и её «восставшим сыном» — их объединяет способность глубоко проникать в суданское общество и мобилизовывать его.

Итог — сильный, но не гарантированный союзник

Суфизм в Судане — это не просто религиозное течение, а мощная сеть общественного и политического влияния, серьёзный союзник в уравнении власти.

На протяжении всей истории разные правительства пытались привлечь этот мощный лагерь на свою сторону, используя его для укрепления собственной легитимности и получения народной поддержки.

И сегодня, на фоне продолжающегося конфликта, главным остаётся вопрос: смогут ли суфийские тарикаты превратить своё массовое влияние в реальную силу давления ради прекращения войны, или же останутся пленниками расколов, раздирающих страну?

В стране белых мавзолеев суфизм по-прежнему остаётся заметной силой на суданской сцене, однако какую роль он сыграет в следующих главах истории — пока неизвестно.