Почему сбитие «Апача» — крайне опасный момент?

Американо-иранское перемирие всегда было крайне хрупкой конструкцией и никогда не представляло собой всеобъемлющего соглашения, способного привести к прочному миру. Обе стороны сохраняют значительные военные силы, действующие в непосредственной близости друг от друга. Американские войска продолжают патрулирование, разведывательные миссии и другие операции, а столь чувствительная оперативная обстановка практически не оставляет места для ошибок и случайных инцидентов.

Поэтому уничтожение иранскими силами американского вертолёта AH-64 Apache и последовавший за этим американский удар не стали неожиданностью. Эти события являются печальным, но вполне предсказуемым следствием ситуации, которую многие аналитики давно называли благоприятной для возникновения опасных инцидентов.

Ранее я уже отмечал, что продолжающиеся военные операции обеих сторон, несмотря на прекращение огня, создают условия для ошибок и просчётов, способных вновь втянуть Вашингтон и Тегеран в открытую войну. Американские силы находятся в состоянии повышенной готовности, ведут наблюдение и патрулирование, выполняют важные задачи. Иранские силы делают то же самое. Когда вооружённые силы работают бок о бок в подобных условиях, инциденты становятся практически неизбежными. И сейчас такой момент наступил.

Дальнейшее развитие событий зависит от решений, которые принимаются в Вашингтоне и Тегеране. Пространство для ошибки крайне ограничено, а любые попытки точно предсказать ход конфликта могут оказаться ложной уверенностью.

Ниже представлены возможные сценарии развития ситуации, основанные на анализе интересов сторон, их опасений, военных возможностей, политических целей и особенностей принятия решений.

Первый сценарий (наиболее вероятный): кризис будет локализован, переговоры возобновятся

Самый вероятный вариант заключается в том, что инцидент с «Апачем» и последующий американский ответ останутся отдельным эпизодом насилия, после которого переговоры вновь выйдут на первый план.

Президент США Дональд Трамп, как и любой американский главнокомандующий, стремится минимизировать потери среди американских военных. Сбитие «Апача» стало серьёзным предупреждением: гибель новых военнослужащих может существенно ограничить готовность Вашингтона идти на дальнейшую эскалацию.

Похожими соображениями руководствуется и Тегеран. Узкий круг лиц, принимающих решения в Иране — высшее духовное руководство, командование Корпуса стражей исламской революции и другие влиятельные чиновники — понимает, что возобновление масштабной войны может вновь привести к ударам США по тем структурам и людям, которые обеспечивают выживание режима. Инстинкт самосохранения становится сильным фактором сдерживания.

Каналы неофициальных контактов между сторонами сохраняются, а значит, остаётся возможность вернуться к переговорам без потери лица. Этот сценарий будет оставаться наиболее вероятным до тех пор, пока одна из сторон не переоценит способность другой терпеть потери и давление.

Второй сценарий (довольно вероятный): возвращение к интенсивным боевым действиям

Однако нельзя исключать и возобновление ожесточённого конфликта.

По данным американских разведывательных оценок, опубликованных в СМИ, Иран всё ещё располагает примерно 70% своего потенциала баллистических ракет. Кроме того, его арсеналы беспилотников сравнительно легко восполняются. Это означает, что у Тегерана сохраняются значительные возможности для нанесения ударов.

Одним из наиболее чувствительных вариантов эскалации может стать атака на энергетическую инфраструктуру стран Персидского залива. Подобные удары способны вызвать резкий скачок мировых цен на нефть и усилить давление на американское присутствие в регионе. В ответ США могут нанести удары по иранской энергетической инфраструктуре.

Самым опасным подвариантом этого сценария станет прямой удар иранских баллистических ракет по американским военным объектам на Ближнем Востоке, если часть ракет сможет преодолеть систему противоракетной обороны и привести к человеческим жертвам.

Иранские руководители хорошо понимают болезненную реакцию американского общества на потери военнослужащих. Некоторые в Тегеране могут посчитать, что успешный удар поставит Вашингтон перед сложным выбором: либо смириться с потерями и выглядеть слабым, либо идти на гораздо более серьёзную эскалацию.

Это крайне рискованная ставка, однако иранская стратегия асимметрического сдерживания исторически демонстрировала готовность к подобным рискам.

Третий сценарий (менее вероятный): горизонтальная эскалация

Этот вариант считается наименее вероятным, но способен привести к наиболее серьёзным последствиям.

Когда прямое военное противостояние становится слишком дорогостоящим, Иран нередко прибегает к нестандартным стратегиям. Речь идёт о связанных с Тегераном сетях и структурах в различных странах мира, в том числе в государствах Латинской Америки.

Если иранское руководство начнёт рассматривать противостояние как глобальный конфликт, такие структуры могут быть использованы для давления на американские интересы в западном полушарии. Для Вашингтона подобный вызов будет значительно сложнее нейтрализовать традиционными военными средствами.

Узкий коридор решений

Главное последствие инцидента с «Апачем» заключается в том, что пространство для манёвра у обеих сторон существенно сократилось.

Возможности возобновить переговоры без новой эскалации становятся всё более ограниченными. И в Вашингтоне, и в Тегеране существует внутреннее давление, не располагающее к компромиссам. Одновременно военные обеих стран действуют в условиях, где новый виток напряжённости может начаться практически в любой момент.

Стимулы для возвращения за стол переговоров по-прежнему существуют и остаются весьма весомыми. Однако наличие стимулов ещё не гарантирует принятия соответствующих решений. История американо-иранского противостояния неоднократно показывала, что каждая сторона склонна недооценивать пределы терпения и готовности другой стороны к ответным действиям.

Наиболее вероятным исходом всё ещё остаётся возвращение к переговорам. Но после инцидента со сбитым «Апачем» наиболее опасные сценарии уже нельзя считать лишь теоретическими предположениями.