Какой должна быть образовательная модель у мусульман

Мы живем в эпоху, когда доступ к знаниям стал практически безграничным. Но почему тогда все чаще возникает ощущение, что образованность человека не растет вместе с объемом доступной ему информации? И что происходит со школой, если ученик сегодня может узнать практически все, что угодно, не выходя из дома?

Чем больше читаешь современные исследования об образовании, тем отчетливее проступает одна тревожная закономерность: образование, знания, образованность и мировоззрение все меньше являются синонимами.

Диплом еще не означает образованности. Большой объем информации не означает знаний. А умение быстро найти ответ в интернете вовсе не означает понимания.

Причем особенно заметен этот парадокс среди молодежи — поколения, которое принято считать самым информированным за всю историю.

Информации много. Знаний — не обязательно

Современный молодой человек практически никогда не остается один на один с недостатком информации. В его смартфоне — книги, лекции, энциклопедии, научные статьи, документальные фильмы, образовательные курсы и ответы на практически любой вопрос. Но проблема современной молодежи заключается уже не в отсутствии информации. Проблема заключается в том, что информация не превращается автоматически в знание.

Можно знать сотни фактов и не понимать исторического процесса. Можно посмотреть десятки лекций по философии и не иметь целостного представления о философской мысли или прочитать множество публикаций о религии и при этом не обладать системными религиозными знаниями. Человек оказывается информированным, но не обязательно образованным. Особенно это заметно в гуманитарной сфере — истории, философии, литературе, культуре и религии.

Интернет дал человеку беспрецедентный доступ к информации. Но вместе с этим он поставил перед ним новую задачу — научиться отличать знание от информационного шума. И, возможно, именно этому школа сегодня должна учить в первую очередь.

Поколения меняются — а что происходит со знаниями?

Не менее интересен вопрос о различиях между поколениями.

Что сегодня представляет собой человек сорока лет и чем отличается от него человек шестидесяти лет? Как формировалось мировоззрение этих людей? Какие знания они получили в школе и университете? Что они читают сегодня? Как относятся к самообразованию?

Подобные исследования проводятся в Европе, США, странах Ближнего Востока и Северной Африки. В России систематических исследований такого рода значительно меньше. Но уже сам факт существования подобного направления заставляет задуматься.

Поколения отличаются не только возрастом. Они формировались в принципиально разных информационных мирах.

Человек, которому сегодня около 60 лет, получал образование в эпоху, когда книга была главным источником систематического знания, а учитель и университет обладали гораздо большей информационной монополией. Сорокалетний уже застал начало цифровой революции. А сегодняшние подростки вообще родились в мире смартфонов и интернета. Но означает ли это, что новое поколение знает больше? Не обязательно. Оно получает больше информации. Но информация и знание — не одно и то же.

Что хотят передать своим детям религиозные общины?

Особенно интересна эта проблема в религиозных общинах.

Католики, протестанты, иудеи и представители других религиозных традиций в разных странах давно обсуждают один и тот же вопрос: каким должно быть образование ребенка из религиозной семьи?

Что поставить на первое место — религиозное или светское образование?

Дать ребенку сначала полноценную религиозную подготовку, а затем отправить его в светскую систему?

Или, наоборот, сначала обеспечить современное светское образование, а религиозные знания оставить на более поздний возраст?

Или попытаться объединить оба направления с самого начала?

На первый взгляд это вопрос исключительно об образовательной программе. На самом деле речь идет о гораздо большем. Речь идет о будущем общины.

Потому что каждая религиозная община, сознательно или нет, отвечает на вопрос: каким она хочет видеть следующее поколение?

Какими знаниями оно должно обладать? Какие ценности разделять? Как относиться к религии? Как строить отношения с окружающим обществом? Как сочетать религиозную идентичность с современным образованием?

Интересно, что у многих западных религиозных общин подобные вопросы обсуждаются системно. Формируются образовательные стратегии, определяются приоритетные дисциплины, создаются школы и образовательные программы. А вот исследований, посвященных аналогичным процессам в мусульманских общинах, значительно меньше.

Исследователи нередко говорят о закрытости мусульманских общин. Но проблема не только в этом.

Мусульмане сами слишком мало исследуют собственное образование. Много говорится о воспитании детей, о религии, о школе, о кризисе молодежи. Но гораздо реже пытаемся системно ответить на вопрос: какой именно должна быть образовательная модель мусульманской семьи и общины в XXI веке?

Что делать мусульманам?

Для мусульманских общин этот вопрос имеет еще одно измерение.

Нельзя просто выбрать между «светским» и «религиозным» образованием и считать проблему решенной. Вопрос гораздо глубже.

Нужно определить, какого человека мы хотим воспитать:

- Человека, который знает много, но не понимает смысла своих знаний?

- Человека, который имеет диплом, но не умеет самостоятельно мыслить?

- Человека, который прекрасно владеет современными технологиями, но ничего не знает о собственной истории, культуре и религии?

 - Или человека, способного одновременно быть современным профессионалом, самостоятельно мыслящей личностью и носителем глубоких духовных и нравственных ориентиров?

Если мы выбираем последний вариант, придется серьезно пересмотреть сам подход к образованию. Недостаточно просто добавить в школьное расписание несколько уроков религии.

Недостаточно дать ребенку учебник или отправить его в мечеть на выходных.

Необходимо создать целостную образовательную среду, в которой знания, мировоззрение, нравственность и профессиональное образование не противоречат друг другу, а дополняют друг друга.