Американская газета The New York Times обращает внимание на заметную трансформацию позиции движения «Талибан» в отношении США. Спустя пять лет после вывода американских войск из Афганистана и возвращения движения к власти талибы хотят, чтобы Вашингтон вновь появился в стране — но уже в совершенно иной форме: с дипломатическим присутствием и экономическими инвестициями, без военного контингента.
По данным газеты, особенно ясно этот подход проявился в заявлениях исполняющего обязанности министра иностранных дел Афганистана Амира Хана Муттаки. Он призвал США вновь открыть посольство в Кабуле и сохранить дипломатическое присутствие в стране, а также инвестировать в различные отрасли экономики, включая добычу полезных ископаемых и инфраструктуру — прежде всего в шахты, строительство плотин и дорог.
Муттаки представляет такую инициативу как начало «новой главы» в отношениях между двумя странами, основанной на взаимном уважении и сотрудничестве вместо войны и конфронтации, пишет газета в статье журналиста Элиана Пельтье.
Выход из международной изоляции
The New York Times связывает инициативу «Талибана» с более широкой попыткой движения выйти из международной изоляции, в которой оно оказалось после возвращения к власти в 2021 году. Талибы активизировали дипломатические и экономические контакты, укрепляя отношения с Россией и странами Центральной Азии, заключая торговые соглашения и налаживая связи с государствами Персидского залива. Кроме того, они сотрудничают с рядом европейских стран по вопросу депортации афганских мигрантов.
Серьёзные препятствия в Вашингтоне
По мнению газеты, «Талибан» рассматривает восстановление отношений с Вашингтоном как крупнейшее достижение на своём дипломатическом пути, особенно с учётом администрации президента Дональда Трампа, которая придаёт большое значение сделкам, коммерческим и экономическим интересам.
Поэтому движение пытается представить себя перед США как власть, способную обеспечить безопасность и стабильность и создать благоприятные условия для иностранных инвестиций. Однако, по оценке газеты, этому стремлению противостоят серьёзные препятствия в Вашингтоне.
Американская администрация пока не демонстрирует готовности к нормализации отношений с «Талибаном». Более того, за последнее время Вашингтон предпринял шаги, которые ещё больше увеличили дистанцию между сторонами.
США связывают любое взаимодействие с «Талибаном» с вопросами борьбы с терроризмом и прав человека. При этом движение продолжает вводить широкие ограничения для женщин и девочек в сфере образования.
Газета также отмечает, что Вашингтон отверг ряд требований, ранее выдвигавшихся «Талибаном». В свою очередь, движение не выполнило требований президента Трампа, среди которых — возвращение американского контроля над авиабазой Баграм и возвращение американского вооружения, оставленного в Афганистане после вывода войск.
Отдельным вопросом остаётся судьба американского гражданина, которого, по утверждению США, удерживает «Талибан». Движение отрицает это.
При этом «Талибан» пытается убедить Вашингтон, что возвращение американцев не означает возвращения американских войск.
По словам Муттаки, приведённым The New York Times, афганцы не приемлют присутствия иностранных военных на своей территории. Он ссылается на многолетнюю историю вмешательства иностранных держав в дела Афганистана. Поэтому талибы делают акцент на модели, основанной на посольстве, инвестициях и торговле, а не на военных базах.
Стратегические минеральные ресурсы
Особое внимание газета уделяет экономической составляющей предложения «Талибана», прежде всего минеральным ресурсам Афганистана.
По данным издания, Афганистан располагает крупными неразработанными запасами лития, меди и железной руды, а также редкоземельных элементов, которые США относят к стратегически важным полезным ископаемым.
Некоторые американские представители, с которыми поговорила газета, считают, что именно эта сфера может стать практической точкой входа для возобновления диалога между Вашингтоном и Кабулом — особенно учитывая стремление администрации Трампа отдавать приоритет экономическим интересам и торговым соглашениям.
The New York Times напоминает о предыдущем опыте США. В период с 2004 по 2021 год Вашингтон потратил около 1 млрд долларов на попытки развития афганской добывающей промышленности, однако добиться ощутимых результатов не удалось.
Сегодня правительство «Талибана» уже начало заключать инвестиционные соглашения в сфере добычи полезных ископаемых с международными компаниями. Это свидетельствует о стремлении движения использовать природные богатства страны для привлечения иностранного капитала.
Однако стремление «Талибана» к открытию отношений с США не ограничивается экономикой. По данным газеты, движение добилось определённого прогресса в отношениях с рядом государств, а некоторые европейские страны начали взаимодействовать с ним более прагматично — прежде всего по вопросам миграции и депортации отклонённых афганских просителей убежища и осуждённых преступников.
Газета отмечает, что уже состоялись встречи между афганскими и европейскими дипломатами, что может свидетельствовать о постепенном ослаблении политической изоляции, характерной для первых лет после возвращения «Талибана» к власти.
Однако это сближение пока не означает официального международного признания правительства «Талибана». Европейские государства по-прежнему не признают администрацию движения законным правительством Афганистана, а сам «Талибан» остаётся исключённым из ряда важных международных структур.
Кроме того, лидер движения Хайбатулла Ахундзада находится под ордером на арест Международного уголовного суда в связи с обвинениями в преступлениях против человечности, связанных с политикой движения в отношении женщин и девочек.
В Вашингтоне звучат призывы изменить политику
В самих США тем временем всё чаще звучат голоса в пользу пересмотра политики полной изоляции «Талибана».
The New York Times приводит мнения бывших американских дипломатов и исследователей, которые считают, что продолжение разрыва отношений может навредить интересам США — особенно на фоне усиления китайского и российского влияния в Афганистане.
По мнению этих экспертов, дипломатическое присутствие США в Кабуле позволило бы Вашингтону получить больше возможностей влиять на происходящие в Афганистане процессы, отслеживать экономические интересы, укреплять отношения со странами Центральной Азии и сдерживать влияние Китая и России.
Вашингтон не спешит возвращаться
В итоге газета показывает очевидный политический парадокс.
«Талибан», который долгие годы воевал с США, теперь стремится вернуть американские инвестиции и дипломатическое присутствие. Вашингтон же, напротив, демонстрирует значительно меньше энтузиазма по поводу возвращения в Афганистан.
При этом движение пытается предложить США стратегические и экономические стимулы — прежде всего доступ к минеральным ресурсам — в надежде вновь открыть для себя американские двери.
Таким образом, характер противостояния между двумя сторонами заметно изменился. Несколько лет назад главным вопросом был вывод американских войск из Афганистана. Теперь вопрос заключается в том, вернутся ли США в страну — но уже не как военная сила, а как дипломатический и экономический игрок.
Именно этого «Талибан», судя по всему, очень хочет, тогда как Вашингтон по-прежнему сомневается, стоит ли платить политическую и экономическую цену за такое возвращение.
Исследователь Хасан Аббас, которого цитирует The New York Times, формулирует суть проблемы следующим образом: «Талибан» пока не предлагает ничего, что было бы достаточно для изменения отношения к нему международного сообщества. По его мнению, настоящее открытие отношений потребует от движения изменения ряда своих политик — а к таким уступкам «Талибан» в настоящее время, судя по всему, не готов.
Информационное агенство IslamNews.Ru
Войти с помощью: