Таджикская судьба кореянки

Римма Андреевна Гафурова читает Коран. Фото ИА «Фергана.Ру»

Римма Андреевна Гафурова читает Коран. Фото ИА «Фергана.Ру»

Теги:

0
18 Июня 2009г.

23 апреля 2009 года исполнилось 45 лет со дня свадьбы кореянки Риммы Пак и таджика Турсунбоя Гафурова. Каждый год в этот день в дом Риммы Андреевны в село Гозиён Бободжонгафуровского района Согдийской области Таджикистана приходят ее сыновья Темурджон и Алишер с женами и детьми, соседи, сватья, друзья и односельчане.

- Нет, это не вся моя семья, – с горечью говорит Римма Андреевна. – С нами нет моего мужа Турсунбоя, который умер два года назад, не дожив до 45-летия нашей свадьбы. Муж не смог перенести гибель нашего сына Аминджона, которому было 29 лет, когда он погиб. Аминджон был лейтенантом, служил в пограничных войсках Таджикистана и был застрелен 5 ноября 1998 года в бою с отрядами опального полковника Махмуда Худойбердыева в Худжанде. После гибели Аминджона его жена Ирина Смирнова взяла сына – нашего внука Хуршеда – и в 2002 году вернулась в Москву, к своим родным. Ведь они и познакомились с Аминджоном в Москве, он еще в советские времена служил там в армии… С тех пор мы не видели Хуршеда. Сейчас мальчику пятнадцать лет, и я уверена, что он скоро к нам приедет. Ведь это я его растила и воспитывала, когда отец с матерью уходили на работу, – Римма Андреевна говорит об этом спокойно и уверенно. Ей кажется, что по-другому просто не может быть.

Ей было восемнадцать, когда ее родители, корейцы, переселились в Худжанд из поселка Пахтаарал Чимкентской области Казахстана. Отец Риммы, Андрей Иванович Пак, пошел работать бригадиром рисоводов Бободжонгафуровского района. Мама была домохозяйкой и воспитывала девятерых детей.

- Мы часто приходили обедать в столовую рынка «Панджшанбе», который находился в центре Худжанда, – рассказывает Римма Андреевна. – Там я и познакомилась с моим будущим мужем Турсунбоем Абдуллаевичем Гафуровым. Он тогда работал поваром и одновременно учился на вечернем отделении факультета естественных наук Худжандского педагогического института (сейчас – Худжандский государственный университет имени академика Бободжона Гафурова – ред.). Шел 1963 год. После сбора урожая риса мы снова вернулись в Чимкентскую область Казахстана и остались там еще на целый год. Однако наша дружба с Турсунбоем продолжалась, мы почти каждый день писали друг другу письма. И когда через год мы вернулись в Худжанд, то решили пожениться.

- Отца очень огорчил мой выбор, он сердился и даже злился, – продолжает Римма Андреевна. – Я помню, как к нам домой пришел Турсунбой и сказал моим родителям, что любит меня. Отец промолчал, но было видно, что он очень недоволен. Он был настоящим коммунистом, интернационалистом, но то, что я пошла против нашей национальной традиции… Ведь кореянки не выходили замуж за мусульман, это было непринято. Кроме того, мне было всего девятнадцать лет, а по нашим законам и традициям корейская девушка обычно выходит замуж года в двадцать три… Или в двадцать пять… А тут – и я слишком молода, и избранник мой – не кореец… Отец очень переживал. Но мы все равно поженились. Через год у нас родился сын Темур. Затем на свет появились Аминджон и Алишер. Темур закончил факультет русского языка и литературы Худжандского университета имени Бободжона Гафурова, а сейчас работает массажистом в Центре здоровья №1 в Худжанде. Алишер – сварщик. Оба женились на таджичках, у них хорошие, счастливые семьи…

Сама Римма Андреевна закончила строительный техникум в городе Джамбуле, однако в жизни ей приходилось работать и не по специальности: бухгалтером и делопроизводителем в ЗАГСе джамоата (сельской управы) Гозиён. После гибели сына Аминджона Римма Андреевна стала болеть, часто жаловалась на сердце. Вскоре она была вынуждена уйти на пенсию по инвалидности. Сейчас она – инвалид второй группы.

- Прошло 45 лет, как я приняла ислам, – рассказывает Римма-апа. – Я сделала это ради своего мужа – доброго, отзывчивого человека, ради детей, внуков – и даже ради соседей, рядом с которыми мы живем уже столько лет. Таджики никогда не считали меня чужой, наоборот – видят во мне своего, родного человека, и я за это им очень благодарна. Я читаю Коран, соблюдаю все религиозные обряды мусульман: держу уразу (пост в священный месяц Рамадан – ред.), часто хожу на кладбище, ежегодно отмечаю день смерти мужа, вместе с детьми мы соблюдаем все каноны ислама. Я не жалею, что выбрала эту веру. Мне кажется, что ислам – самая толерантная мировая религия.

- За год до своей смерти мой муж, который очень тяжело пережил гибель сына, пошел на наше сельское кладбище, позвал могильщика и выбрал место, где должна быть вырыта его могила, – продолжает Римма Андреевна. – Муж, наверное, предчувствовал, что скоро уйдет. Он приказал вырыть сразу три могилы. Среднюю – себе, ту, что слева от него, – мне, а ту, что справа, – своей сестренке Бизиёде. Он хотел, чтобы мы после смерти лежали все вместе. Сейчас Бизиёде пятьдесят два года, ей было шесть, когда мы поженились. Она была хрупкая, милая, симпатичная и очень послушная. Мать Бизиёды умерла, когда ей было два года, я часто приходила к ним домой и относилась к ней, как к родной дочери. Она росла вместе с нами. Когда Бизиёда выходила замуж, мой муж – ее брат – благословлял ее. Сейчас Бизиёда живет в городе, но когда она узнала, что ее старший брат выбрал себе место на кладбище, то приехала к нам и стала со слезами просить, чтобы ее похоронили рядом с нами. «Я хочу лежать рядом с Риммой-апа, – рыдала она.- Ведь она меня воспитывала как родная мать».

У Риммы Андреевны три золовки (сестры мужа), и все относятся к ней с большим уважением, через день заходят навестить Римму-апа. И она часто приходит к ним в гости. Их дети тоже очень дружны.

- У меня прекрасные соседи, добрые сваты и сватьи (родители жен сыновей), отличные дети и внуки. Но я уже семнадцать лет ищу своих родных, которых разбросало по всему бывшему Советскому Союзу, – качает головой Римма Андреевна. – У меня было шестеро братьев и две сестры. После развала СССР я потеряла связь с ними. Я знаю, что две мои сестренки жили в поселке Пахтаарал Чимкентской области, братья жили в Гудермесе и в Краснодаре. Два года тому назад я обратилась в представительство программы «Жди меня» в Северном Таджикистане, и мне обещали помочь найти родных, но пока результатов нет. Если бы я могла найти свою сестренку – Пак Людмилу Андреевну, 1947 года рождения… Последнее время она жила в российском городе Новопавловске.

Римма Андреевна надеется, что через «Фергану.Ру» ей удастся найти хоть кого-нибудь из своих родных. «Ваш сайт очень популярен, – попросила она. – Его читают и по-русски, и по-узбекски, и по-английски, читают и молодые, и пожилые люди… Вдруг кто-то из ваших читателей сможет мне помочь…»

Когда я гостил в доме Риммы Андреевны, навестить ее зашла Муяссара Каримова, мать Мавзунахон, младшей невестки Риммы-апа.

- Если я не вижу Римму Андреевну хоть пару дней, то чувствую себя человеком, лишенным чего-то очень важного и дорогого, – говорит Муяссара Каримова. – Все односельчане любят Римму Андреевну как родную мать – сколько молодых семей она спасла от распада, сумела их укрепить, скольким людям она помогла добрым словом и мудрым советом… Люди помнят об этом и часто заходят к ней, просто чтобы выразить свою благодарность и признательность. У нас принято, что девушку сватают родные жениха. Но я знала о душевной щедрости этой женщины и сама сосватала свою дочку Мавзунахон за Алишера, сына Риммы Андреевны. Я точно знала – у такой женщины не может быть плохого сына.

- Я своей судьбой довольна, – говорит Римма Андреевна. – Мне бы только очень хотелось повидать Хуршеда, моего внука. Было бы правильно, если бы он продолжал общаться со своими родными по отцовской линии, приехал бы к нам. Мы все по нему очень соскучились. И мы все видим в нем его отца – храброго, честного и мужественного офицера Аминджона.

Тилав Расул-заде

Фергана.ру

Комментарии () Версия для печати

Добавить комментарий

Контекстные материалы