Top.Mail.Ru
0°C
 ,

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:


Смутные сомнения правоверных мусульман

Раздавшийся с минарета второй азан возвещал о начале пятничной молитвы. В поселковой мечети обычно в это время довольно людно: жумга-намаз входит в обязательную светскую программу бабаев (все лавки принадлежат им), представителей среднего поколения весьма немного, но они есть и значительная часть молодежи до 35-40 лет. 

О Первом

Первый, будучи человеком в религиозных делах неискушенным, пребывал в приподнятом расположении духа. Духовный рост был для него делом инновационным: ранее принимать участие в подобных заседаниях ему не доводилось. И кто знает, возможно, если бы не ряд фатально сошедших вместе обстоятельств, так бы и гнался Первый за благами мира ближнего, но как бы там ни было, сегодня он покорно исполнял свой долг пред Господом, сидя в мечети.

Годы, отданные правоохранительным структурам, сформировали у Первого навыки считывания лиц. Даже в мечети, он видел вокруг себя различные типажи, среди которых были бизнесмены, рабочие, учителя, ну и, конечно, его бывшие клиенты. Но об этом он предпочитал не вспоминать. Первый был сконцентрирован на проповеди имама. Надо отдать должное, у него хватало сил внимать наставлениям. Более того, видимо в силу новизны, он даже находил некоторое вдохновение. Проводил некие параллели со своей жизнью, понимал всю обреченность этого мира, одним словом – приобщался.

О Втором

Второй мог себе позволить немного большее. С точки зрения классика, он причислял себя к когорте избранных, которая «право имеет». И этот ответ на сакраментальный вопрос Раскольникова делал его постоянным клиентом Первого.

Второй, по природе своей, имел реакционные настроения. Протест и глобальное несогласие были неотъемлемыми атрибутами его душевной организации. Однако Всевышний ведет Своим путем того, кого пожелает, вследствие чего Второй также почтил своим присутствием наш жумга-намаз.

Второй был не согласен со всем комплектом устоявшихся, по его мнению, бидгатов (нововведений в религии). Его праведный гнев касался практически всего того, чем дорожило старшее поколение – совместный зикр (поминание Аллаха) после намаза, коллективное рукопожатие в конце всей церемонии. Мы уж не говорим о пресловутом «АМИНВСЛУХ». Ну не делал так Пророк (с.г.с.), не делал! Всю эту трагическую картину мира Второго спасали лишь те немногие, далекие от нас мусульманские ученые, которые несли осколки правильного понимания ислама. Осколки доходили до нас ограненные в своеобразный новояз неких «талябуль гыльм» – загадочных личностей, которых можно охарактеризовать как вечных студентов.

По всем законам жанра, немного припозднившись, Второй пробился в центр молельного зала.  Следуя достоверным богословским источникам, он принялся читать приветственный намаз, вызывая неудовольствие бабаев. Это нормальный ход вещей, и относиться к нему нужно тоже нормально.  Официальная проповедь не вызывала у Второго сколько-нибудь значимых чувств, поэтому мельком пробежавшись глазами по присутствующим в надежде увидеть знакомых, он начал медленно погружаться в транс.

О встрече

«Ага, и ты здесь», – увидев Второго, подумал Первый. 

«Ага, и ты здесь», – увидев Первого, подумал Второй.

Их общение имело место быть в прошлом, в рабочем порядке, если можно так сказать. Кто-то бегал – кто-то ловил. Время было такое.

«Отмаливать былое решил? Ну-ну. Я то как никто знаю, чего ты наворотил», – мысленно обращался Первый к своему визави. 

«Пришел грехи замаливать? Давай-давай! Я вообще не знаю, как таких земля носит», – размышлял Второй о своем единоверце.

Второй краем глаза всматривался в профиль своего импровизированного собеседника и прямо воочию наблюдал душевные муки и терзания, проступившие на лице Первого, тем самым находя невербальные доказательства своим умозаключениям. Муки и терзания, конечно, посещали иногда Первого, но на тот момент причиной страданий на лице была сильно затекшая от длительного сидения нога.

«Сейчас модно быть верующим. Что только не творят, а потом в мечеть бегут», – в силу своей новизны Первый до сих пор был заложником распространенных стереотипов.

Второй явно не уступал Первому в стереотипах: «Может вообще пришел за братьями следить?!»

Хутба подошла к концу и верующие стройными рядами выстроились на намаз. По окончании джумга, уже на выходе, наши герои обменялись салямом и рукопожатием. Им, как и многим из нас еще только предстоит духовное взросление, становление как подлинно верующей личности.

P.S. Не о лицемерии. Мы имеем право на внутреннюю симпатию и антипатию к окружающим. Иное дело – выражать это или нет – это, конечно, лежит в разграниченном Аллахом поле общественных отношений.  Известный аят «Держитесь за вервь Аллаха и не разделяйтесь» в коллективном сознании ассоциируется с неким феноменальным единением людей на основании совместных религиозных чувств. Однако это не работает. Огради своего брата от зла своей (прежде всего) души и выполняй обязательства, наложенные на тебя Всевышним по отношению к окружающим, – возможно, это и есть ключ к реализации вышеприведенного аята.

Автор: Рушан Рахимов

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии (3) Версия для печати

Добавить комментарий

Нелли
20 Сентября
Ответить

Да, бывает. Именно так. Намаз сближает даже тех, кто испытывает друг к другу неприязнь.

Аклима
15 Июля
Ответить

К сожалению это именно так..но в первое время-потом будут нормальные мысли .искренние, с чувством бесконечной благодарности Всевышнему что ОН вложил в его душу *эту свечу* которая с каждым днем разгорается все ярче и ярче ,заполняя душу неописуемой радостью сопричастности...познания..успокоения ...покорности...

Иван Семенов
10 Июля
Ответить

и не слова о белых рубашках, камерах в мечетях...ни а чем