Закрытие мечети «Ат-Таква» во Франции подняло вопрос об исламофобии

Мечеть «Ат-Таква» в квартале Шантлу города Ольне-су-Буа, расположенного к северо-востоку от Парижа, больше не выглядит так, как прежде. Место, которое раньше принимало сотни верующих, собирало молодых людей для изучения арабского языка и религии и помогало разрешать конфликты между жителями района до того, как они перерастали в серьёзные столкновения, сегодня пустует после решения французских властей закрыть мечеть сроком на шесть месяцев.

Закрытые двери мечети стали причиной конфликта, вышедшего далеко за пределы её стен. С одной стороны оказались руководство мечети и её прихожане, с другой — французские власти. Префектура департамента Сен-Сен-Дени объяснила закрытие обвинениями в «распространении речей и идей, подстрекающих к насилию и ненависти, прославляющих терроризм и призывающих к избиению детей». В качестве правового основания власти сослались на законодательство о внутренней безопасности.

Однако руководство мечети и имамы отвергают эти обвинения. Они утверждают, что французские власти вырвали из контекста аяты Корана, хадисы и отдельные фрагменты их проповедей, после чего интерпретировали их совершенно иначе, чем они были представлены изначально. По мнению представителей мечети, это связано с более широкими европейскими страхами перед исламом и тем, что принято называть «исламофобией».

Для шейха Суфьяна Абу Айюба Хамиди, имама и проповедника мечети, чьё имя фигурирует в решении о её закрытии, самым болезненным является не само решение властей, а вид пустой мечети, которая прежде была переполнена верующими.

«Когда я вижу закрытую мечеть, вижу её пустой и без людей, — говорит Хамиди в интервью „Аль-Джазире“. — Конечно, сердце едва не разрывается от печали».

Он категорически отвергает выдвинутые против него обвинения. По словам имама, такие слова, как «джихад» и «неверующий», действительно звучали в его проповедях, однако исключительно в религиозном и образовательном контексте. Хамиди утверждает, что отдельные выражения были вырваны из контекста и использованы для создания представления о его проповедях как о призывах к насилию.

По его словам, власти также ссылались на аяты Корана и хадисы, посвящённые таким темам, как джихад и воспитание детей. Имам подчёркивает, что он лишь разъяснял эти тексты прихожанам и никогда не призывал к насилию.

Хамиди утверждает, что его проповеди были посвящены спокойствию, благонравию и изучению религии. Он считает, что именно недостаток знаний об исламе является одной из причин религиозного радикализма и экстремизма.

Аяты и книги превращаются в повод для обвинения

Наджиб Каалуль, председатель ассоциации, управляющей мечетью «Ат-Таква», утверждает, что власти закрыли мечеть, не предоставив доказательств обвинений против её имамов.

По его словам, утверждения в решении о закрытии о связи мечети с нападениями 7 октября 2023 года или о том, что в ней якобы принимали «джихадистов», являются «откровенной ложью».

Каалуль утверждает, что у ассоциации имеются документы и другие материалы, подтверждающие несостоятельность этих обвинений. По его мнению, дело выходит далеко за рамки судьбы одной конкретной мечети и затрагивает более широкий вопрос о том, как французские власти относятся к исламскому религиозному дискурсу.

Он недоумевает, каким образом чтение аятов Корана или преподавание религиозных учебников может рассматриваться как признак экстремизма.

«Если нам больше нельзя читать аяты Корана в мечети, что дальше», — говорит он.

Среди книг, упомянутых французскими властями, оказался сборник хадисов «Рияд ас-Салихин» имама ан-Навави. Каалуль отмечает, что эта книга свободно продаётся во французских книжных магазинах и на интернет-платформах во Франции. Поэтому он задаётся вопросом, каким образом само по себе преподавание этой книги в мечети может считаться доказательством экстремизма.

Мечеть была не только местом молитвы

Для прихожан «Ат-Таква» мечеть была гораздо больше, чем просто местом совершения намаза.

Мечеть принимала сотни верующих из разных районов Ольне-су-Буа и окрестностей. Ассоциация организовывала две пятничные проповеди — в час дня и в два часа, чтобы избежать переполненности и учитывать интересы жителей района.

С годами мечеть также превратилась в место, куда молодёжь приходила изучать арабский язык и ислам. По словам имама, число молодых посетителей постепенно росло.

Хамиди утверждает, что сотни людей приняли ислам в стенах мечети, подчёркивая тем самым её религиозную и общественную роль в жизни города.

В мечети «Ат-Таква»

Для Зубейра, одного из прихожан мечети в возрасте около двадцати лет, её закрытие означает гораздо больше, чем необходимость искать другое место для молитвы.

Он отметил, что мечеть была частью социальной ткани города, особенно учитывая её расположение между районами, где нередко возникали конфликты между жителями.

По его словам, некоторые из этих конфликтов разрешались непосредственно возле мечети или внутри неё. Имамы и религиозные авторитеты помогали успокоить молодых людей и предотвратить развитие конфликтов.

Поэтому Зубейр считает, что отсутствие мечети может создать социальный вакуум, особенно среди молодых людей, для которых она была местом не только для молитвы, но и для учёбы и общения.

Другой прихожанин, Ибрагим, говорит, что закрытие мечети лишило верующих привычного религиозного и духовного образования. По его мнению, последствия этого решения отражаются и на повседневной жизни, и на религиозной практике прихожан.

Он требует лишь пересмотра решения в судебном порядке и настаивает, чтобы основанием для вынесения решения были исключительно факты.

«Сегодня мы ждём справедливого и беспристрастного решения, основанного на фактах — и только на фактах», — говорит Ибрагим, призывая рассмотреть все обстоятельства дела «без каких-либо интерпретаций».

Борьба, выходящая за стены мечети

Наджиб Каалуль считает, что дело мечети «Ат-Таква» нельзя рассматривать в отрыве от предыдущих решений французских властей о закрытии других мечетей в последние годы.

По его мнению, закрытие «Ат-Таквы» поднимает вопрос о судьбе сотен людей, которые регулярно посещали мечеть, а также о роли, которую религиозные и общественные мусульманские организации могут играть в жизни французских районов.

Каалуль критикует то, что считает противоречием между закрытием мечети и официальными заявлениями французских властей о принципах светскости.

«Мусульмане во Франции — не люди второго сорта», — подчёркивает он. По его словам, они хотят иметь возможность исповедовать свою религию и пользоваться тем же уважением и теми же правами, которые закон гарантирует остальным гражданам.