Валентина Лаза: Звание специалиста в исламе надо заслужить

Валентина Лаза
- – —
Недавно российские власти призвали к более активному взаимодействию мусульманских высших учебных заведений с государственными вузами в целях повышения качества образования.



По оценке замначальника управления президента РФ по внутренней политике Михаила Белоусова, взаимодействие с государственными вузами находится "еще на начальной стадии, и очень тяжело развивается, особенно в некоторых регионах". Как подчеркнул представитель администрации, светские преподаватели должны приходить в исламские вузы для преподавания общих дисциплин, а их коллеги из исламских вузов – идти в светские учебные заведения. Только так в условиях ограниченности ресурсов можно обеспечить полноценный образовательный процесс и поднять престиж мусульманского образования.



Отметим, что одним из первопроходцев в сфере межвузовского взаимодействия и подготовки мусульманских кадров по праву считается Пятигорский государственный лингвистический университет. В развитие темы ИА IslamNews побеседовало с директором Института государственно-конфессиональных отношений ПГЛУ Валентиной Лаза.






– Валентина Дмитриевна, Пятигорский государственный лингвистический университет иногда называют «кузницей имамов». Вы согласны с таким определением?



– Возможно, это и справедливо. Но прежде всего, мы настроены на подготовку высококвалифицированных специалистов в области истории и культуры ислама, чтобы наши выпускники были действительно настоящими экспертами со знанием религиозной догматики. Глубокое изучение догматики при сохранении светскости – один из важнейших принципов нашей работы. На мой взгляд, только такой подход может привести к успешному результату подготовки специалиста. Я обычно студентам говорю: «Эксперт – это звание, его надо заслужить».



– Откуда вы берете специалистов с углубленным знанием ислама?



– Данное направление мы стали развивать в немалой степени благодаря интересному стечению обстоятельств. Наш вуз является одним из ведущих в области изучения арабского языка. Арабский язык – это, безусловно, носитель исламской культуры. Изучать арабский язык в отрыве от культуры невозможно. Поэтому, наши специалисты в области исламской культуры, изначально преподавали арабский язык. И когда, скажем, встал вопрос о замене пятигорского имама, то выбор пал как раз на доцента нашего университета Магомеда Саида Магомедова, который сегодня успешно совмещает две должности, являясь и имамом и успешным преподавателем.



– Очень интересный факт: человек с хорошим светским образованием становится имамом. Это то, что сегодня наиболее востребовано мусульманским сообществом?



– Это очень важно, потому что студенты проходят практику на базе духовного управления мусульман. С другой стороны, человек, который сам является практиком, безусловно, наилучшим образом может донести догматику. По тому же пути мы пошли и в православной теологии – у нас преподают четыре священника, кандидаты богословия. У них не только духовное, но и светское образование.



– А как насчет преподавания в ПГЛУ таких специфических дисциплин как, например, правила чтения Корана, которые требуют весьма неординарных для светского вуза навыков?



– Во-первых, к нам идут в основном подготовленные ребята, которые поступают по рекомендации духовных управлений мусульман. Как правило, они уже с детства посещали мечеть. Имея духовный опыт, они сознательно поступают с тем, чтобы потом продолжить свою деятельность в духовном управлении. Другие же не ориентированы на осуществление какого-то религиозного служения, стремясь на работу в государственные органы, может быть в силовые структуры, где тоже востребовано знание арабского языка, знание догматики.



– То есть, вы готовите универсальных специалистов широкого профиля.



– Этот профиль называется «Государственно-конфессиональные отношения». И он сочетает в себе основные общественно-политические дисциплины, психологию, педагогику, и большой блок конфессиональных дисциплин: фикх, акида, корановедение, хадисоведение, сира, история ислама и многое другое. И, конечно же, арабский язык, изучению которого уделяется большое внимание.



– И такие специалисты востребованы?



– Как показывают опросы и анкетирование – а я как член совета по теологии Учебно-методического объединения по классическому университетскому образованию, также участвовала в созданиях программ, опросах и анкетировании – очень многие потенциальные работодатели нуждаются в таких специалистах. Но, другое дело, что выпускники сами должны зарекомендовать себя, а это связано с определенным периодом становления.



– А какие дисциплины ведете лично Вы?



– Я веду очень интересные дисциплины – «Введение в теологию» и «Религия в современном мире». Их изучают совместно православные и мусульмане. В этом – уникальность нашего опыта. В ходе обучения мы активно обсуждаем те цели и задачи, которые ставит перед собой наш вуз, и которые они должны поставить сами перед собой. Своих студентов я ориентирую в том числе на умение вести диалог с человеком любого вероисповедания и не исповедующего ничего, возможно позиционирующего себя как богоборец и атеист. Этот подход я считаю очень важным, так как в большинстве случаев самые острые конфликты решаются на личностном уровне. Настанет такой момент, когда они, будучи состоявшимися людьми, просто сядут за один стол и будут решать проблемы уже совершенно на ином уровне, в ином ключе, нежели это могло бы произойти.



– Каким еще критериям – помимо умения договариваться – должен соответствовать религиозный деятель?



– Прежде всего – это честность, искренность намерений. Безусловно, любовь к людям, умение понять. Искренне верующий человек, даже без глубоких знаний теологических дисциплин, является одним из самых востребованных сотрудников. Потому что вера накладывает определенный отпечаток на характер, на манеру поведения, отношение к людям, к работе, ко всему, что он делает.



Кроме того, современный религиозный деятель не может быть с узким кругозором. Как бы ни было прискорбно, но сегодняшняя молодежь мыслит брендами. Кстати, радикалы это уже поняли и многие молодые люди сегодня мне говорят: «Вы знаете, радикальным в нашей республике быть модно». Когда ты заявляешь о статусе «радикала» в какой-нибудь социальной сети – у тебя сразу столько друзей и подруг, и девчонки по-другому начинают относиться. И наши традиционные конфессии должны подумать о создании бренда, который будет интересен, покажет молодому человеку созидательный путь.



– Сколько ваших выпускников работает в религиозной исламской среде?



– Пока немного, потому что у нас в прошлом году был первый выпуск исламских теологов, включая студентов заочников. Среди выпускников были преподаватели, и даже муфтий Кабардино-Балкарии Хазретали Дзасежев.



– С какими исламскими вузами вы сотрудничайте и в чем это сотрудничество заключается?



– Мы сотрудничаем с тремя учреждениями – это Центр исламского образования в Махачкале, Северокавказский исламский университет имени Абу Ханифы в Нальчике и Российский исламский университет имени Кунта-хаджи в Грозном. Что касается содержания, то здесь очень большой пласт работы. Он связан с учебно-методической деятельностью. Мы готовим учебные пособия, учебно-методические комплексы, учебные программы, которые мы передаем нашим вузам-партнерам. Также проводим совместные мероприятия, конференции, курсы повышения квалификации, которые пользуются огромной популярностью не только среди студентов, но и преподавателей.



– А как обстоит дело с написанием полноценных учебников?



– Сейчас мы идем по пути создания полновесных учебников. Это дело не одного года. Недавно была выпущена хрестоматия «Отечественные ученые об истории и культуре ислама». Кроме того мы переиздаем академические работы Бартольда, Крачковского, Тихомирова и др. Эти труды не ангажированные, не политические, не религиозные, они великолепно написаны, с большим интересом читаются и поэтому имеют огромный успех.



– Как вы относитесь к получению исламского образования в арабских странах?



– Я считаю это нужным, но на каком-то определенном этапе. Необходимо ограничить доступ молодых, несозревших после школы людей, которые еще ничего не понимают в религии, не владеют в достаточной мере арабским языком. То есть тех, кто является потенциальной жертвой обмана. А вот когда человек заканчивает бакалавриат по направлению, например, теологии – он получает определенный багаж знаний, определенный уровень арабского я зыка, который позволит ему разобраться, кто искренен, а кто манипулирует.

Автор: Анвар Шарипов

Комментарии () Версия для печати

Добавить комментарий

фанагория 14 Июня 2013г.
Ответить

Может будет толк

vl 14 Июня 2013г.
Ответить

Исламское образование в России в руках кафиров! Не стыдно?

muminka 13 Июня 2013г.
Ответить

Получение знаний – это фард для каждого верующего, и, приобретает их мусульманин для применения. Но на сег.день сложилось так, что поступают в вузы, ссузы не ради получения знаний, а для получения «корочки». Не ожидает ли это же и мусульманские вузы?

impuls 13 Июня 2013г.
Ответить

Хотелось бы верить, что Исламским наукам обучают студентов для несения людям добра и мира, а не заискивания в мусульманах востоковедами слабых мест, для нанесения удара ниже пояса, как было во времена атеистического правления коммунистами.

фанагория 14 Июня 2013г.
Ответить

Может будет толк

vl 14 Июня 2013г.
Ответить

Исламское образование в России в руках кафиров! Не стыдно?

muminka 13 Июня 2013г.
Ответить

Получение знаний – это фард для каждого верующего, и, приобретает их мусульманин для применения. Но на сег.день сложилось так, что поступают в вузы, ссузы не ради получения знаний, а для получения «корочки». Не ожидает ли это же и мусульманские вузы?

impuls 13 Июня 2013г.
Ответить

Хотелось бы верить, что Исламским наукам обучают студентов для несения людям добра и мира, а не заискивания в мусульманах востоковедами слабых мест, для нанесения удара ниже пояса, как было во времена атеистического правления коммунистами.