Еще немного о православной деликатности и о русской культуре

Вещайте, господин Кураев, вещайте. Мы рады послушать Ваши ответы на наши вопросы

Вещайте, господин Кураев, вещайте. Мы рады послушать Ваши ответы на наши вопросы

Теги:







0
23 Августа 2007г.

Вопреки заблуждениям некоторых православных, ислам никогда не проявлял враждебности ни к христианству как таковому, ни к его последователям. Согласно Шариату, христиане, равно как и иудеи, квалифицируются в качестве членов почетной категории Ахль-уль-Китаб (Людей монотеистического Писания). В том случае, если граждане, принадлежащие к этой категории, живут в исламском государстве, они находятся под полной защитой шариатского закона, если они не выступают против власти мусульман и не участвуют в заговорах против Ислама.

В Священном Коране сказано, что христиане даже ближе к уверовавшим в ислам, нежели иудеи. Действительно, во времена Пророка Мухаммада (мир ему) у мусульман не возникало особых проблем с христианами, чего нельзя сказать о последователях еврейской веры – три иудейских племени недвусмысленно вели "двойную игру", тайно помогая мекканским язычникам в войне против Ислама, за что и были по справедливости наказаны Пророком Мухаммадом (мир ему). Недаром в Сунне Пророка (мир ему) содержится множество предупреждений мусульманам о коварстве иудеев и о том, что они не могут заслуживать полного доверия муслима. С христианами же подобных инцидентов не возникало. Мусульманский Восток был образцом мирного сосуществования мусульман, христиан и иудеев на протяжении веков. В настоящее время такую картину можно наблюдать в государствах, где учрежден истинный Шариатский закон или где Ислам набирает силу в обществе – в Иране, в Ливане, в Палестине и других подобных странах.



На этом фоне особенно бросается в глаза нарочито агрессивная и нетерпимая манера поведения функционеров РПЦ по отношению ко всем тем, кто не разделяет православного взгляда на Бога, религию и мир. Вообще хамство со стороны представителей РПЦ во многих, в том числе и отнюдь не далеких от религии кругах, стало притчей во языцех. У московских мусульман свежи в памяти проведенные зимой 2005-06 года по инициативе ИД "Ансар" православно-исламские дебаты с участием Даниила Сысоева и Али Вячеслава Полосина. Потоки неприкрытого хамства и личных оскорблений в адрес Пророка Мухаммада (мир ему) и даже Всевышнего Аллаха так и прорывалась из уст главного православного "дебатчика", который, чувствуется, испытывал от этого особое извращенное удовольствие. Между тем, закономерный недовольный гул среди мусульман разсценивался тенденциозным ведущим как "неумение себя вести", а рядовые православные "болельщики" взирали на мусульманскую сторону, словно там собрались живые бесы во плоти, готовые в любую минуту вампирически впиться, сося кровь тел несчастных христовых подвижников. Грустно наблюдать такое, учитывая более, чем лояльное отношение самих мусульман к христианам. Очевидно, что несчастных рядовых христиан просто систематически "накручивают" и "обрабатывают" ушлые церковники, на деле мешая продуктивному диалогу между вполне комлименарными друг другу конфессиями.



Чего только стоит мелочная и какая-то даже бабская истерика небезызвестного диакона Андрея Кураева, изжелавшего глаголом выжечь противников обязательного введения курса ОПК в школах в том виде, в каком его предлагает внедрить туда РПЦ. Напомним, что инициативная группа мусульман, включающая в себя таких известных исламских деятелей, как председатель ассоциации "Собрание" Мухаммад Салахетдинов, муфтии Мукаддас Бибарсов, Нафигулла Аширов, Мухаммад Карачай, глава ИД "Ансар" Марат Сайфутдинов, журналист Джаннат Сергей Маркус, историк и этнолог Дамир Хайретдинов, президент ИД "Медина" Дамир Мухетдинов, глава ИД "Умма" Асламбек Эжаев, президент РИН Шавкат Аббясов и т.д. выступили с заявлением под названием "Клерикализм – угроза национальной безопасности России". В нем мусульманские деятели подчеркнули, что приветствуют возрождение христианства в России, однако выражают несогласие с установлением монополии РПЦ на религию в многонациональной и многоконфессиональной России.



В ответ на это вполне корректное по своему тону заявление звезда телеэфира Кураев не только брякнул с вызовом: "А на фиг такого Нафигуллу!" ( снова продемонстрировав "достойный" уровень ведения дискуссии с оппонентами) и, погрузился в длительные размышления о том, что курс ОПК не ставит своей целью насильственное обращение ребенка в православие, тем не менее, дает некий алгоритм понимания, "логики поступков христианина, будь то литературный персонаж, великий исторический деятель или сосед по лестничной клетке". При этом Кураев выдает за само собой разумеющееся, что якобы вся русская культура зиждется исключительно на православии и ни на чем более, а кто испытывает к курсу ОПК неприязнь – тем самым есть скрытый русофоб. Из благостного тон диакона становится нервно-агрессивным: " Если предмет будет построен именно так, то любой протест, сделанный якобы от имени ислама против такого рода уроков, должен стать сигналом для аналитиков из ФСБ, которые должны будут подумать над тем, кому не нравится русская культура и кто выступает против знакомства с ней. Это будет некая хорошая лакмусовая бумажка, которая помогает понять, в каких случаях ислам соответствует своему имени (напомню, что в переводе с арабского "ислам" означает "мир"), а где есть люди или группа людей, которые не хотят, чтобы их дети понимали своих русских соседей и потому не видели в них врагов или недоумков-язычников. Не верить в Христа человек имеет право. Но запрещать своим живущим в России детям изучать духовный алфавит русской культуры – значит ставить себя в положение инородного и агрессивного тела"



Великая ложь Кураева заключается как раз в том, что русская культура никогда не была ортодоксально православной и целиком и полностью впитавшей в себя православие. Часть русской культуры (зодчество, иконопись) действительно неразрывно связана с православием, однако в послепетровские времена значительный ее сегмент развивался именно за счет интенсивной духовной полемики русского человека с той официальной версией христианства, которая всеми силами навязывалась государственным аппаратом. Ситуация двоеверия, длительное время сохранявшегося на насильственно крестимой Руси, преследование старообрядцев (кстати, важного направления в духовной жизни русских христиан), считавших себя – последователями аутентичного христианства, а никонианскую РПЦ – антихристовой проклятой структурой, феномен русского религиозного сектантства – все это является живым историческим свидетельством, что у официальной православной церкви никогда не было монополии даже на внутрирусскую религиозную жизнь. Что касается русской культуры, то, думаю, мало у кого из русских людей вызовет сомнение тот факт, что ее центром является отнюдь не РПЦ, а русская литература – явление сложное, безусловно, завязанное на поиске христианских идеалов, но уж конечно же далекое от соответствия официальным стандартам РПЦ. Собственно, как христианство не сводится к одному только православию, так и Ислам с исключительным уважением относится к фигуре Пророка Иисуса (мир ему), поэтому когда русский человек принимает Ислам, это очень часто является итогом его поиска аутентичного воплощения христианских по сути своей принципов. Не случайно многие русские путешественники, исколесив мусульманские страны и приняв Ислам, отмечали, что постулат любви к ближнему, для многих христиан остающийся абстрактной догмой, в жизни простых мусульман воплощается каждодневно – легко и органично.



Но вернемся к вопросу о литературе. Вот что, к примеру, писал великий деятель русской культуры, писатель граф Лев Николаевич Толстой, преданный Русской Православной Церковью анафеме: "Мир делал все что хотел, предоставляя церкви, как она умеет, поспевать в своих объяснениях смысла жизни. Мир учреждал свою, во всем противную учению Христа жизнь, а церковь придумывала иносказания, по которым выходило бы, что люди, живя противно закону Христа, живут согласно с ним. И кончилось тем, что мир стал жить жизнью, которая стала хуже языческой жизни, и церковь стала не только оправдывать эту жизнь, но утверждать, что в этом-то состоит учение Христово" (Ясная Поляна, март 1909 года). Относительно же ислама Толстой написал следующее: "Что касается до самого предпочтения магометанства православию..., я могу всей душой только сочувствовать такому переходу. Как ни странно это сказать, для меня, ставящего христианские идеалы и христианское учение в его истинном смысле, так для меня не может быть никакого сомнения в том, что магометанство по своим внешним формам стоит несомненно выше церковного православия. Так что, если человеку стоит только два выбора – держаться церковного православия или магометанства, то для всякого разумного человека не может быть сомнения в выборе и всякий предпочтет магометанство с признанием одного догмата, единого Бога и Его Пророка, вместо того сложного и непонятного в богословии – Троицы, искупления, таинств, святых и их изображений и сложных богослужений" (Ясная Поляна, 15 марта 1909 года).



Каким образом церковники вроде господина Кураева будут оценивать эти высказывания Льва Толстого? Лев Толстой – русофоб? Он, получается, по логике попов-лоббистов ОПК "противник русской культуры"? Может и вовсе давно пора подать сигнал ФСБ и запретить изучение Толстого в школах – может быть, его книги вообще являются "экстремистскими"? А как быть с Блоком, писавшем: "Что нынче невеселый, товарищ поп? Помнишь, как, бывало, брюхом шел вперед, и крестом сияло брюхо на народ?" и поставившем Иисуса (мир ему) во главу революционеров 1917 года? С Блоком по этой части, конечно, можно не соглашаться, что и делали другие деятели русской культуры, однако ж и эта поэма – одна из ее граней...Где же тут православие как основа? Или это все "инородные тела" по отношению к русской культуре?



Если мы возьмем русскую религиозную философию (а Толстой и Достоевский также являются ее представителями), то здесь ситуация также "безнадежна": концепции многих из этих мыслителей не вписываются в ортодоксальную православную вероучительную доктирну, а с преподаванием взглядов некоторых русских религиозных философов РПЦ даже боролась. Между тем, их наследие – также часть русской культуры.



Есть ли религиозный, христианский подтекст в книгах Достоевского, Шолохова, Булгакова, других русских писателей? Безусловно, он есть, но вот вписывается ли он в каноны именно православной интерпретации христианства? Да едва ли. Достоевский – христианский писатель? Бесспорно, это так! Но укладывается ли сложная проблематика его романов, их острый психологизм в ханжеско-фарисейский елей РПЦ? Это вопрос риторический. Федор Михайлович вывел на сцену своих романов сложные образы, сложные характеры и типажи в их становлении, в том числе и в отношении к христианству. У него есть "князь-Христос" Мышкин, есть Соня Мармеладова, а есть воинствующие безбожники. И все это – русские типажи, изображение которых осуществляется не по принципу противопоставления "наш" – "не наш", "хороший" – "плохой", а исходя из глубокой психологической задачи постижения органики и метаний русской души, ее внутренней сложности в диалектике ее низости и, с другой стороны, стремления к Богу. Религиозные проблемы Достоевский ставит настолько глубоко, самые возвышенные и самые низкие порывы русской натуры высвечивает столь неоднозначно, путь к Богу описывает так драматично, что РПЦ с ее одеяниями золочеными и крестами драгоценными этого писателя под свою гребенку уж никак не подверстать. У них просто разные весовые категории.



Даже Гоголь, к концу жизни ставший убежденным монархистом и ярым защитником православной веры, опять-таки не вписывается в каноны русского официозного православия хотя бы со своей едкой социальной сатирой вроде "Ревизора" или "Мертвых душ" – между тем как в одном из Посланий апостола Павла сказано: "Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо всякая власть от Бога установлена...Начальник – он не случайно носит свой меч...". Куда уж тут Михаилу Евграфьевичу Салтыкову-Щедрину с его обличением социальных порядков и властей в "Истории одного города" претендовать на основу "алфавита русской культуры"? Было бы необычайно занятно послушать лекции о соотношении творчества русского писателя Салтыкова-Щедрина с официальным православием, а политики РПЦ – с тем, чему учил Иисус (мир ему). В исполнении Кураева, разумеется.



Сей приснопамятный диакон объясняет, что, дескать, введение ОПК в школах поможет лучше понять поведение литературного персонажа, исторического деятеля или соседа по лестничной клетке, которые, по мнению Кураева, живут сообразно идеалам, расписанным РПЦ. Каким образом он поможет понять, к примеру, Филиппа Филипповича Преображенского (швондеров и шариковых опустим, это иная форма жизни, вряд ли имеющая отношение к чему-то русскому)? Или Гришку Мелехова? Или Онегина и Татьяну? Или Печорина? Или Обломова? Или, может быть, без наличия курса ОПК в школьной программе дети были не в состоянии осилить содержание и смысл основных произведений русской литературы? А как быть с советским периодом развития русской культуры – с литературой, с кино? Это не русская культура? А завязаны ли эти книги и фильмы на православии?



Каким образом, к примеру, православная церковь на уроках ОПК объяснит драму Григория Мелехова, прошедшего сквозь вихри и молох исторических перемен? Как он объяснит личную трагедию этого персонажа? Что блуд – это нехорошо? Что родителей слушать надо? А родитель-мусульманин, между тем, объяснит ребенку, что блуд и прочие пороки всегда имеют социальные корни. Что в обществе, где отцы не насилуют дочерей и не выдают их потом замуж против их воли, где здоровых молодых мужчин не ведут под венец с нелюбимой из-под палки, у любви Аксиниьи и Григория не было бы преград, толкнувших их на то, что и христианством, и исламом квалифицируется как блуд. И что Ислам эти вопросы регламентирует, а РПЦ лишь разводит ханжеские разглагольствования. Впрочем, никто и не сказал, что Гришка – в принципе положительный персонаж. Или сугубо отрицательный. Талантливое произведение не вписывается в эти сухие схемы



А каким образом функционеры РПЦ будут объяснять поведение правителей России по отношению к своему народу? Как объяснит казни и каторги с позиций христианского же вероучения? Как оно объяснит поведение, скажем, недавно почившего печально известного деятеля, согнавшего танки и расстрелявшего мирную демонстрацию в Останкино при помощью снайперов и БТР? Отдельные честные православные священники, справедливости ради, были тогда на стороне демонстрантов... Но что скажет детям церковь, всего лишь осудившая этот акт и продолжившая сытое существование при той же власти? Как такая политика соотносится с тем, чему учил Иисус (мир ему)? А если ни коим образом не соотносится, отчего же вопреки всем христианским идеалам РПЦ так старательно юлит перед любой властью, будь она даже скопищем палачей и мерзавцев? Потому что так апостол Павел велел? Или поскольку РПЦ удобно пристроилась под греющим ее крылом власть имущих, превратившись в этакого исторического холуя-прихвостня любых правителей в обмен на государственную поддержку собственных посягательств на монополизацию религиозной жизни России?



Сам стиль поведения иерархов РПЦ подозрителен и выдает ее некую ахиллесову пяту, обнажать которую она патологически боится. При этом всякий неглупый мальчик непременно заметит, что "а король-то голый". Выпуск учебников наподобие дворкинского "сектоведения", маниакальное зачисление в "сектанты" всех неправославных, включая....католиков, протестантов, мусульман, атеистов и т.д. – не является ли это косвенным свидетельством слабой укорененности официозного православия в русской культуре и в русском народе? Вот только и остается иерархам РПЦ, что стращать да писать доносы в органы, с которыми церковь уже давно слилась в братской (христианской ли?) любви...

Автор: Фатима Анастасия Ежова

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии () Версия для печати

Добавить комментарий