Top.Mail.Ru
0°C
 ,

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:


Каковы перспективы развития ШОС

Участники саммита ШОС

На этот и многие другие вопросы, касающиеся деятельности Шанхайской организации сотрудничества, накануне саммита глав государств, входящих в нее, ответил корреспонденту газеты «Время новостей» первый заместитель министра иностранных дел России Андрей Денисов. Прелагаем ознакомиться с выдержками из его интервью.

Накануне саммита ШОС в Бишкеке многие эксперты обсуждают перспективы расширения рядов этой организации. Что думают по этому поводу в Москве?

А. Д. ШОС – организация молодая, ей лишь шесть лет, и она еще находится в стадии становления. Действующий мораторий на расширение ШОС обусловлен необходимостью укрепить связи внутри объединения, определить, с кем из проявляющих интерес стран, как и в каких формах налаживать контакты или сотрудничество. Есть и организационно-технические вопросы, связанные с конкретизацией статуса партнера по диалогу и наблюдателя ШОС, круга их возможностей и полномочий. Надо признать, что содержательная работа со странами-наблюдателями пока не сложилась. Вместе с другими государствами-членами мы настроены энергично выправлять ситуацию.

Означает ли приглашение на саммит в Бишкек туркменского лидера Гурбангулы Бердымухаммедова, что Ашхабад может получить в ШОС некий официальный статус – наблюдателя или даже члена?

А. Д. У ШОС есть объективный интерес к Туркменистану как к государству региона, являющегося ареалом деятельности организации. В принципе Туркменистан мог бы претендовать и на членство в ядре ШОС. Пока же Ашхабад и ШОС присматриваются друг к другу, конкретные формы сотрудничества еще предстоит определить. Его возможными направлениями могут стать обеспечение стабильности, безопасности и мира в Центральной Азии, многостороннее экономическое сотрудничество, а также гуманитарное и культурное взаимодействие.

Какое место в ШОС отводится Афганистану?

А. Д. Ситуация в Афганистане – одна из главнейших тем во внешнеполитической повестке дня ШОС. Самые серьезные региональные угрозы, включая наркотики и проникновение религиозного экстремизма, для стран – членов ШОС исходят с территории Афганистана. Вместе с тем это чрезвычайно перспективный партнер. К примеру, транспортные пути в Южную Азию проходят через Афганистан.

Страны ШОС едины в том, что с этим беспокойным, непростым, но близким соседом надо не только уживаться, но и работать, пытаясь оздоровить ситуацию в стране, к сожалению, пока далекую от выхода из кризиса. Именно поэтому Россия предложила подумать о проведении под эгидой ШОС конференции по Афганистану. В таком мероприятии, на наш взгляд, были бы заинтересованы как региональные игроки, так и внерегиональные страны, стремящиеся к преодолению афганского кризиса.

Рост влияния ШОС не слишком радует «внерегиональные» силы, которые продвигают свои инициативы, – появилась американская концепция «большой Центральной Азии», японская «дуга свободы и процветания»…

А. Д. Не должно быть схем, подспудно нацеленных на выталкивание тех или иных стран из сложившейся системы региональных взаимоотношений, в том числе цивилизационного характера. Никто не возражает против укрепления связей между государствами из разных субрегионов Азии. Но если это делается ради отрыва государств Центральной Азии от России, под предлогом того, что геополитическая переориентация этих стран на юг якобы «дело хорошее», то с этим едва ли можно согласиться.

Но ведь госдеп США уже пытается реализовать в регионе подобную стратегию «большой Центральной Азии»?

А. Д. О ней много говорится, но практической реализации мы пока не наблюдаем. Откровенно говоря, можно по-разному рассматривать ситуацию в странах Центральной Азии, но у них все-таки иной цивилизационный уровень, чем в Афганистане и даже в Пакистане. Разрушение этого уровня ради реализации надуманных геополитических схем противоречит здравому смыслу.

Будет ли на базе ШОС реализовываться инициатива Владимира Путина о создании международных центров по оказанию услуг в области ядерного топливного цикла?

А. Д. Этот проект на данном этапе будет продвигаться на двух- или трехсторонней основе. Объективный интерес к таким проектам, конечно, присутствует. В регионе есть страны, производящие урановое сырье и заинтересованные в международном сотрудничестве. Это направление, равно как и нанотехнологии, представляется вполне перспективным.

Иран числится в ШОС наблюдателем. Не подрывает ли репутацию организации сотрудничество с Тегераном, в адрес которого западные страны не жалеют критических замечаний?

А. Д. Иран вполне равноправный и уважаемый член международного сообщества, поддерживает широкие дипломатические, торгово-экономические и другие связи, причем не только с государствами – членами ШОС. Иран объективно присутствует в регионе как производитель энергоресурсов и очень важный транспортный узел. Это перекресток на пути с Южной Азии в Турцию и далее в Европу, а также из России – в сторону Индии и Пакистана. Словом, существует комплекс отчетливых взаимных экономических интересов, определяющих взаимодействие между ШОС и Ираном.

Что касается реакции западных стран на это сотрудничество, то позволю себе перефразировать крылатое выражение из известного нашего кинофильма: «У ШОС настолько безупречная репутация, что ее трудно подорвать».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Комментарии (0) Версия для печати

Добавить комментарий