Пыльный сундук "коранитов". Многие проблемы мусульманских "новореформаторов" были решены в прошлом

Мыслители прошлого решали дилемму «философия-религия»

Мыслители прошлого решали дилемму «философия-религия»

Теги:


2
21 Апреля 2018г. (05 Шабан)
Фундаментальным вопросом, поднятым в ходе прошлогодней дискуссии как бы "коранитов" и как бы "традиционалистов», стала роль и место философии в религии ислама. Если судить, по крайней мере, только по медийным спорам, то довольно четко прослеживалась тенденция противопоставить религиозную практику и религиозные размышления (то, что в исламе входит в понятие «калам»), философии, причем последний недвусмысленно пытались представить как пережиток «темного средневековья».

Взглянув на эту проблему широко, мы обнаружим, что наши «реформаты-кораниты» подняли проблему, которая всегда существовала и существует во всех монотеистических религиях и до конца еще не решена. Собственно у философии и теологии (в мусульманском варианте – калама) есть общее – они обе описывают наш мир и происходящее в нем. Только первая основывается на возможностях и инструментах человеческого разума, вторая, помимо этого, также и на признании существования Бога, как первопричины всех вещей.

Отношения между теологией и философией в авраамических религиях неодинаково. В иудаизме человеческое толкование религии сосредоточилось преимущественно на вопросах этики и права. В церковном христианстве на основе наследия мудрецов Древней Греции и Рима было создано свое философское наследие, не всегда совпадавшее с церковной ортодоксией, а иногда и противоречившее ей. Ислам в этом смысле как бы объединил два этих начала. С одной стороны, в его рамках существует религиозная философия, которую можно даже назвать философией – это уже упомянутый нами калам. С другой –  фальсафа, представляющая собой переработки античного и восточного философского наследия.

Поскольку в исламе нет такого вероучительного и «священного» института, как церковь, фальсафа активно развивалась и часто в пику основным принципам религии ислама. Наиболее красноречивым примером этого развития является идея о «всеобъемлющей милости Аллаха ко всем людям», а не только к муслимам (араб.- покорившимся). Эта идея, впервые сформулированная Ибн Араби в  XII-XII веках, благополучно дожила до наших дней в трудах некоторых тюркских «джадидов» – прежде всего Мусы Бегиева. Теперь ее на вооружение берут так называемые "кораниты». Собственно ссылка на идею о «всеобъемлющей милости» – один из их главных аргументов против проявлений «средневековья и мракобесия» в исламской традиции.

Но давайте взглянем на этот вопрос не с «философско-богословской», а «обывательско-обыденной" точки зрения. Если Всевышний милостив ко всем людям, зачем вообще нужна религия и ее разнообразные формы и традиции? Зачем нужно стремление к личностному, нравственному и умственному росту, изначально естественное для каждого человека? Зачем со всем этим "возиться", если Всевышний  и так уже всех помиловал.

Нет, идея о милости божьей ко всем без исключения вполне себе гуманистична и имеет право на существование, особенно в современном интегрированном информационном мире. Вот только возведенная в абсолют вне конкретного контекста истории народов, религий и культур, она может затуманить мозги людей не хуже харамного алкоголя.

В мировой религиозной мысли имеется довольно интересный опыт решения проблемы соотношения религиозной веры и философии. Еще в XIII столетии итальянский ученый – монах-доминиканец Фома из города Аквино как бы «пропустил» изложенное в Таурате (Торе) и Инджиле (Евангелии) сквозь учение древнегреческого (а значит языческого) философа Аристотеля. Это учение не было религиозным, но представляло собой совокупность логических, математических и иных заключений по картине мира. Фома Аквинский обнаружил, что Аристотель в результате своих исследований пришел к заключению, что в мире существует изначальная разумная, творящая Первопричина, без которой он просто не мог бы существовать.

Тезис о том, что философия является подспорьем ортодоксального богословия, получил дальнейшее развитие у Аквинского. С ее помощью Фома объяснил, например, библейский тезис о человеке как образе и подобии Бога, который созвучен с кораническим представлением о человеке, как венце творения и «халифе» – наместнике Бога на земле. По Аквинскому, для человеческого существа важна не столько его (человека) «сущность», сколько «существование» – то есть бытие его как Личности во взаимодействии с другими личностями. Эту «личность» Фома и считал тем «образом и подобием» человека Богу, о котором говорит иудео-христианская Библия.

Но главное, ученый монах пришел к выводу, что философия естественным и рациональным образом подводит человеческий разум к рубежу, когда становится ясно: «я знаю, что… ничего не знаю». Человек понимает, что остается нечто, могущее быть, если не познано до конца, то хотя бы понято с помощью иных возможностей, которыми наделен человек, в том числе подсознательных, одним из которых является вера. Более того, в свете такого единения веры и рационального разума многое и в мире, который является предметом философии, становится понятным более глубоко.

Таким образом, религиозный мыслитель средневековья нашел философии самое подходящее место, назвав ее «служанкой богословия» или, если выражаться не столь жестко – своего рода фундаментом, не ослабляющим, а напротив укрепляющим религиозную веру.

Кстати, идеи Фомы не сразу были восприняты церковью, при жизни и чуть позднее его считали чуть ли не еретиком. И лишь спустя годы и столетия, когда в XIX веке нерелигиозная философия европейского Просвещения пришла к аналогичным выводам, Папа римский своим постановлением объявил философию Фомы Аквинского («томизм») официальным учением католической церкви. Здесь важно отметить, что Аристотель стал известен западной Европе через арабские источники и толкование, которые не могли не отразиться на католической мысли.

Какой исторический вывод можно сделать из вышесказанного? Современным мусульманам для лучшего понимания фундаментальных богословских проблем, таких как соотношение Писания и Предания, философии и религии, стоило бы заняться более глубоким и основательным изучением опыта как своих мыслителей, так и представителей других религий и культур.

Часто в мусульманской среде приходится слышать сетования – вот, мол, у европейцев, христиан есть «исламоведение», «арабистика», «иудаика». А где мусульманское «христиановедение», или «индология»? А ведь все это было в эпоху расцвета мировой исламской культуры. Достаточно вспомнить, что античное наследие Европы для последующих поколений сохранилось благодаря мусульманам. Именно мусульманскому ученому аль-Бируни принадлежит первое описание истории, культуры и религий Индии, кстати, очень далеких монотеизма.

Да, подзабыли мусульмане емкий хадис Пророка: «Ищите знания даже в Китае». Это и является источником многих проблем современной уммы.

Автор: Исмаил Валерий Емельянов

Комментарии () Версия для печати

Добавить комментарий

Валерий (Исмаил) Емельянов 26 Апреля 2018г.
Ответить

Уважаемый Странник. Вы, видимо, невнимательно читали. Философия не может быть "мусульманской" или "христианской". Философия - суть продукт человеческого разума.

странник 21 Апреля 2018г.
Ответить

В борьбе с другими течениями ислама,автор ссылается на христианскую философию.Смешно. :)